Аннотация:
В «Елеазаре», как и в «Жизни Василия Фивейского», Л. Андреев обращается к чуду воскресения. Он ниспровергает библейский миф: воскресение — это не возвращение к жизни после смерти, а вторжение смерти в жизнь. В повествовании отсутствует Иисус. Воскресение показано как биологическое явление. Андреев меняет временные вехи евангельского сценария. В Евангелии от Иоанна есть две вехи: смерть Лазаря и его воскресение, но промежуток между ними пуст. У Андреева три вехи: первая смерть Елеазара, его воскресение и вторая смерть. Особенно интересны Андрееву два интервала, разграниченные этими вехами: пребывание Елеазара во гробе и его жизнь после воскресения. Эти два периода почти равнозначны: воскресший — это просто тот, кто «умер». По внешнему виду он труп. Возможно «ницшеанское» прочтение текста. Важно то, смогут ли читатели вынести историю, потрясающую основы христианской культуры. Поддерживающие его предстанут «революционерами»; остальные — «мещанами». Мы видим в «Елеазаре» очарованность смертью, Ничем, пустотой, что не имеет никакого отношения к ниспровержению основополагающих мифов. Переживание Ничто, главного инварианта творчества Андреева, выражено в «Елеазаре» более развернуто, чем в других его произведениях. В евангельском сюжете можно видеть материал (в смысле Тынянова), деформированный конструктивным принципом (idem) страха. Текст превращается в заклинание, ключевую стилистическую роль играют повторы. Повествовательная проза тяготеет к поэзии.
